Глава 3. Собственность, труд и центры контроля

3.1. Задача главы

Первый признак Ленина требует увидеть не «крупные предприятия», а контуры накопления: кто командует мобилизацией капитала, производством и присвоением (гл. 1 §1.7). Эта глава — карта белорусских контуров: их собственников, реальные центры решений и положение наёмного труда в них. Глава не претендует на полноту кадровой и бенефициарной фактуры — значительная часть этих данных в Беларуси закрыта (гл. 2 §2.6); задача — установить тип контроля для ведущих контуров и создать каркас карточек, который главы 5–10 будут наполнять конкретными механизмами (кредит, энергия, рынки, сила).

Структура контуров, которую устанавливает глава, — общая для всей книги:

• государственно контролируемые крупные контуры: экспортные отрасли, энергосистема, транспорт, банковская система в госсегменте — гл. 4, 5, 7;
• российский капитал в Беларуси: энергетика (после 2011), банки, отдельные активы — гл. 10;
• частные белорусские контуры: IT, розница, продовольствие, стройка — гл. 8;
• посреднические и транзитные структуры экспортных цепочек — гл. 9, 10.

Рабочая гипотеза главы: ведущие командные высоты сосредоточены преимущественно в государственном секторе — §3.3 проверяет это пофирменно. Термины используются строго различённо: государственная монополия внутри страны (юр. монополия), крупный/доминирующий национальный производитель (размер и доля), монополистическое господство в смысле гл. 1 (навязывание условий другим капиталам) — не синонимы.

3.2. Масштаб и структура: с чего начинаем

Три опорные цифры (ряды WDI, выгрузка 2026-10-07; полные ряды — sources/data/):

• ВВП 2025 г. — $93.4 млрд (тек.); провал 2022 г. — −4.7%, восстановление 2023–2024 (+4.1%, +4.4%), замедление 2025 (+1.3%) [источник: WDI, NY.GDP.MKTP.CD, NY.GDP.MKTP.KD.ZG — SRC-032].
• Рабочая сила сжалась с 5.10 млн (2014) до 4.80 млн (2025) — демографическое сжатие плюс эмиграционные волны 2020 и 2022 гг. [источник: WDI, SL.TLF.TOTL.IN — SRC-032; отток — [источник: Белстат/статистика стран приёма, требует сбор]].
• Занятость: промышленность 31.1%, сельское хозяйство 9.5% (2025) [источник: WDI, SL.IND.EMPL.ZS, SL.AGR.EMPL.ZS — SRC-032]. О структуре занятости по статусу найма и размеру организаций см. гл. 13 — из отраслевых долей вывод о доле наёмного труда в крупных организациях не делается.

Доля государственного сектора в экономике — предмет методологического разнобоя: оценки (примерно от трети до двух третей ВВП) несопоставимы по определениям — одни считают только гос-юрлица, другие включают госпрограммы, госзаказ и регулируемые отрасли [источник: требует систематизации — раздел 3.3]. Эти оценки не используются как единый числовой ряд. Для наших целей важна не средняя, а рабочая гипотеза главы: ведущие командные высоты сосредоточены преимущественно в госсекторе — она пофирменно проверяется в §3.3.

3.3. Государственный контур: карта командных высот (проверка рабочей гипотезы)

Статус принадлежности указан по состоянию на 2025–2026; для каждого пункта — что именно контролируется и что остаётся «не установлено». Методологическое правило (по рецензии): юридическая собственность создаёт лишь основание для гипотезы о контроле; сам контроль доказывается через механизмы — назначение руководства, инвестиционные решения, распределение прибыли, кредитование, внешние контракты, стратегические планы, возможность отменять решения предприятия. Различаются три «центра»: центр юридической собственности (титул), центр контроля (стратегические решения), центр присвоения (получатель дохода).

3.3.1. Калийный контур — «Беларуськалий» (ОАО, г. Солигорск) и БПК.

Производитель — ОАО «Беларуськалий», государство — единственный акционер [источник: реестр акционеров/годовой отчёт — требуется свежая выгрузка]. История сбыта: в 2005 г. создана совместная экспортная компания БПК с участием «Уралкалия» (50%); в 2013 г. совместная схема распалась («калийная война»). После распада первоначальной схемы были созданы новые формы организации белорусского калийного экспорта; их юридическая структура и степень участия российских компаний требуют отдельной проверки в гл. 7 — формулировка «картель восстановился с 2018 г.» удалена как непроверенная в части юридической преемственности [источник: проспект Uralkali указывает на ликвидацию первоначальной BPC]. Внешняя инфраструктура: исторически литовский терминал Клайпеды; после 2022 г. — перенаправление на российские порты и через РФ [источник: требует систематизации маршрутов 2022–2026]. Карточка контура — в §7.5 (глава 7 даёт полный разбор); здесь фиксируем: собственность и управление — государственные; гипотеза государственного центра контроля — сильная, но проверяется через механизмы в гл. 4, 7 (К пока не присваивается автоматически).

3.3.2. Нефтепереработка — концерн «Белнефтехим»: «Нафтан» (Новополоцк) и Мозырский НПЗ.

«Нафтан» — государственный [источник: реестр акционеров — требуется выгрузка]. Мозырский НПЗ — совместный, с разведением трёх уровней: юридическая доля «Славнефти» — 42.58% (акционеры Славнефти: «Роснефть» ~74.95%, «Газпром нефть» ~25%); косвенная доля «Роснефти» через Славнефть — ~32% акций завода; фактический центр принятия решений — требует отдельного доказательства (совместное управление «Белнефтехим»/«Славнефть», согласованный устав). Белорусская сторона: Госкомимущество РБ/Белнефтехим ~42.76%, прочие ~14.7% (вкл. ООО «МНПЗ плюс» ~12.25%) [источник: отчётность/деловые СМИ, выгрузка 2026-10-07 — SRC-031; уставный фонд увеличен до ~$465.7 млн переоценкой без изменения долей; приватизация белорусской доли обсуждалась в 2013–2014 гг., не состоялась]. Сырьё — российская нефть; после 2020–2022 гг. — перебои, «налоговый манёвр» РФ, переориентация поставок [источник: гл. 10]. Гипотеза: смешанный центр контроля с критической сырьевой зависимостью от РФ — проверка механизмов в гл. 7, 10.

3.3.3. Машиностроение — МАЗ (ОАО «МАЗ»), БелАЗ (ОАО «БЕЛАЗ»), МТЗ, «Гомсельмаш».

Все — в государственной собственности (различные схемы управляющих компаний и холдингов [источник: структуры холдингов требуют выгрузки]). Экспорт исторически в РФ/СНГ и третьи страны; компонентная база — значительная российская кооперация. МАЗ конкурирует с КАМАЗом на одних рынках — это самостоятельный коммерческий интерес белорусского производителя на рынках, где конкурируют капиталы; распространение этого факта на «противоположность национальных империалистических интересов» без доказательства механизмов не производится (ловушка 4 гл. 1; детали — гл. 10). Гипотеза центра контроля: государственный — проверяется механизмами гл. 4.

3.3.4. Энергосистема — ГПО «Белэнерго». Генерация, сети, диспетчеризация — государство; атомная станция (БелАЭС, введена 2020–2023) — государственный проект с российским кредитом Экспортно-импортного банка РФ и российскими технологиями [источник: кредитное соглашение требует выгрузки условий — раздел 10.4]. Кредит, реактор и топливо — три различных отношения (кредитная, технологическая, топливная зависимость): они создают потенциальный канал внешнего влияния, подлежащий проверке на наличие устойчивого контроля — может ли российская сторона менять условия эксплуатации, финансирования, снабжения или стратегического развития. Разбор — гл. 10.

3.3.5. Транспорт. Белорусская железная дорога — государственная; «Белтаможсервис», транспортно-логистические операторы — смешанные структуры; газотранспортная система — ОАО «Белтрансгаз» приобретено «Газпромом» полностью в 2011 г. (вторая половина пакетов — за $2.5 млрд) и переименовано в ООО «Газпром трансгаз Беларусь» [источник: CLM-014]. Транзитная рента — исторически значимая статья; после 2022 г. отдельные европейские транзитные направления резко сократились — конкретная динамика различается по видам транспорта (ж/д, нефтепровод, газ, автоперевозки, контейнерный транзит) и проверяется в гл. 10 [источник: требует ряда 2019–2026 по видам].

3.3.6. Банки — см. гл. 5. Крупнейшие банки государственные (Беларусбанк, Белагропромбанк, Приорбанк [цесия к Ripplewood/ПУО? — требует проверки текущего собственника], Белинвестбанк); российские дочерние — БСБ (Сбер), ВТБ Беларусь, Альфа-Банк Беларусь. Детальный разбор — глава 5; здесь фиксируем: банковская система по активам преимущественно государственная, с существенным российским сегментом.

Итог §3.3 (осторожная формулировка). Собственность на командные активы — преимущественно государственная; это основание гипотезы о государственном центре контроля, но сам контроль должен быть доказан механизмами (гл. 4). Контрпроверка консультанта («не находится ли управление у внешнего кредитора/материнской компании?») для калийного и машиностроительного контуров не выявила такого управления; для энергосистемы и нефтепереработки — выявлены кредитная и сырьевая привязка к РФ, подлежащие проверке на устойчивый контроль (гл. 10).

3.4. Российский капитал в Беларуси

• Энергетика: «Газпром» владеет газотранспортной системой Беларуси («Белтрансгаз», с 2011 г. — 100%, вторая половина пакетов за $2.5 млрд; позднее переименована в «Газпром трансгаз Беларусь») [источник: CLM-014]. БелАЭС — государственный проект с российским кредитом $10 млрд (гл. 10 §10.2).
• Банки: дочерние структуры крупных российских групп (Сбер, ВТБ, Альфа) — заметный сегмент розничного и корпоративного кредита [источник: доли рынка — гл. 5].
• Промышленность: доли в Мозырском НПЗ; поставщики и лизинговые структуры; отдельные приобретения активов — но масштабной приватизации промышленных гигантов не произошло (Белтрансгаз 2011 г. — одна из наиболее крупных известных уступок контроля российскому капиталу; полный реестр крупных сделок для слова «единственная» не предъявлялся [источник: — ]).

Вывод §3.4: российский капитал занимает ряд критических позиций — прежде всего в газотранспортной инфраструктуре (прямое владение) и отдельных сегментах банковской системы; степень их структурного контроля устанавливается в главах 5 и 10. Это — материал для оси зависимости (ось II), а не признак отсутствия у белорусского контура собственных центров (ось I). Оси аналитически различны; их взаимосвязь проверяется в гл. 10.

3.5. Частные белорусские контуры

IT-сектор. Парк высоких технологий (ПВТ, с 2005 г., налоговые льготы) — до 2022 г. порядка тысячи резидентов и двузначные доли экспорта услуг [источник: отчёты ПВТ — SRC-026, требуется свежая выгрузка]. Собственность: резиденты ПВТ — смесь белорусских основателей (часть со штаб-квартирами и листингами за рубежом: EPAM — листинг NYSE [источник: проверить текущую юрисдикцию штаба]), иностранных заказчиков и холдингов. После 2022 г. — массовая релокация команд и серверов; юридические лица часто остались, центр прибыли и командования — уехал [источник: требует оценки — гл. 8]. Ловушка 7 гл. 1 в чистом виде: «белорусская» компания с внешним центром прибыли. Релокация может означать ослабление части национальных центров принятия решений; влияние этого процесса на общую субъектность страны проверяется далее.

Розница и продовольствие. Крупнейший ритейлер («Евроопт»/«Евроторг») — частный белорусский контур [источник: структура собственности требует проверки]; молочные и мясные экспортёры — преимущественно государственные (облсельхозпрод структуры) и частные вперемешку; экспорт продовольствия исторически зажат между российским рынком (монопсонное давление ритейла и санитарных барьеров) и государственным регулированием [источник: требует систематизации — гл. 8, 10].

Строительство, услуги, посредники. Строительный комплекс — сжатие после 2020 г. (остановка крупных проектов), частные контуры — фрагментированы. Отдельный слой — структуры-посредники в санкционных цепочках (трейдеры, перевозчики, параллельный импорт): быстро растущий после 2022 г., малопрозрачный [источник: требует расследовательского сбора — гл. 9, 10].

Итог §3.5: частные белорусские контуры значимы внутри страны, но (а) в командных экспортно-монопольных отраслях их нет, (б) их внешние звенья (за редкими исключениями IT) не образуют контуров внешнего господства, (в) их собственные центры командования частично эмигрировали после 2022 г. — что является самостоятельным фактом об ослаблении национальной капиталистической субъектности.

3.6. Наёмный труд в контурах

Для каждого контура фиксируем положение труда. Зарплата — лишь один из показателей; полная характеристика положения наёмного труда требует учёта: стоимости рабочей силы, фактической заработной платы, рабочего времени и интенсивности, гарантий занятости, контроля над трудовым процессом, коллективной организации, права на забастовку, участия в распределении результатов (гл. 13).

• Госконтур: устойчивая занятость при ограниченной зарплате; руководство назначается сверху [источник: нормативная база назначения директоров]; коллективные договоры — через государственно-встроенные профсоюзы (ФПБ) [источник: гл. 13]; забастовки 2020 г. на МТЗ, БелАЗе, «Гродно Азоте» и последующие репрессии против стачкомов [источник: документировано в гл. 13 §13.2, SRC-054].
• Российский банковский сегмент: стандартные условия частного банковского наёмного труда; крупных трудовых конфликтов не зафиксировано [источник: — ].
• IT: самые высокие зарплаты рынка [источник: Белстат — выгрузка]; контракты с иностранными заказчиками; после 2022 г. — релокация и удалёнка, размывание национальной налоговой базы [источник: требует оценки].
• Агропром: самые низкие зарплаты по экономике; привязка к агрогородкам (жильё, службы) — внеэкономическое закрепление [источник: требует данных — гл. 13].

Общий вывод §3.6 (осторожный): различия в оплате труда между контурами установлены; различия в степени власти труда на предприятии требуют отдельного исследования — для ряда обследованных госконтурных предприятий независимое представительство труда после 2020–2022 гг. существенно ограничено, степень ограничения по каждому контуру требует отдельной документальной проверки. Глава не выявляет доказательств институционализированного рабочего контроля в рассмотренных контурах; вопрос переносится в гл. 14 (CLM-054).

3.7. Карточки контуров (сводка; полные карточки — в главах-специализациях)

Формат карточки — из гл. 1 §1.8. Статусы — словесные, с разведением отношения и статуса знания: доказано / частично / не установлено / опровергнуто / не применимо.

Промежуточный вывод по признаку 1 [Л-1] (осторожный): высокая концентрация производства и капитала в ряде ключевых отраслей установлена; вопрос о её соответствии ленинскому понятию монополистической концентрации требует дальнейшей проверки по отраслевым механизмам (гл. 7). Собственность на командные активы — преимущественно государственная; это основание гипотезы государственного центра контроля, а не готовый вывод.

3.8. Итог по признаку [Л-1]

• Установлено: высокая концентрация производства и капитала в ряде ключевых отраслей — в государственно контролируемых крупных контурах; вопрос о её соответствии ленинскому понятию монополистической концентрации проверяется дальше (гл. 7) (CLM: CLM-003, CLM-005 — ред.).
• Механизмы (к проверке): собственность, назначение директората, госпрограммы, концессионные и кредитные условия (детализация в главах 4–5, 7).
• Свидетельства: фирменная структура (§3.3–3.5), WDI-ряды (SRC-032), отраслевая статистика.
• Альтернатива: «госсектор = социализм» — отклонена проверкой отношений (ловушка 2: наёмный труд, присвоение, подчинение закону стоимости присутствуют). Альтернатива «административная централизация = доказанное монополистическое господство» — также не принимается без отраслевых механизмов.
• Степень доказанности: высокая для факта концентрации и гос. собственности; средняя для структуры контроля (закрытые бенефициарные данные).
• Следствие для классификации: гипотеза гос. центра контроля — сильная; вопрос о В, Г, Р переносится в главы 7–11. Доказательство государственно-монополистической характеристики (связь государства с механизмом накопления) — гл. 4.

Реестр: SRC-012 (Белстат), SRC-032 (WDI-выгрузка 2026-10-07), SRC-026 (ПВТ), SRC-019/020 (калийные конкуренты), SRC-023 (Союзное государство), SRC-031 (Мозырь — документировано), SRC-054 (2020/профсоюзы); CLM-001…CLM-012 и CLM-052/053 — см. реестр sources/registry.json. Свежесть: WDI-ряды до 2025 включительно.